Полномочия государственного обвинителя в стадии судебного разбирательства: актуальные проблемы теории и правоприменения

• ТУРДИАЛИЕВА Мафтуна Зохидовнастудентка 2 курса Гражданско-правового профиля, юриспруденция Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Санкт-Петербургский университет Государственной противопожарной службы МЧС России» имени Героя Российской Федерации генерала армии Е.Н. Зиничева, Санкт-Петербург, Россияturdialieva.maftuna@mail.ru

• ЧАСОВНИКОВА Ольга Георгиевнадоцент кафедры уголовного права и процесса, кандидат юридических наук, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Санкт-Петербургский университет Государственной противопожарной службы МЧС России» имени Героя Российской Федерации генерала армии Е.Н. Зиничева, Санкт-Петербург, Россияchasovnikova-og@mail.ru

Статья посвящена полномочиям государственного обвинителя в стадии судебного разбирательства. На основе норм ст. 246 УПК РФ и материалов судебной практики 2024–2025 годов анализируются проблемы отказа от обвинения, изменения обвинения в сторону смягчения, участия прокурора в особом порядке и поддержания гражданского иска. Выявлены противоречия между принципами публичности и состязательности. Подчеркивается необходимость совершенствования правоприменения.

Ключевые слова: государственный обвинитель, судебное разбирательство, ст. 246 УПК РФ, отказ от обвинения, изменение обвинения

Государственный обвинитель занимает центральное место в судебном разбирательстве уголовных дел, выступая представителем стороны обвинения и обеспечивая реализацию принципа публичности уголовного судопроизводства. Согласно п. 6 ст. 5 УПК РФ государственный обвинитель — это должностное лицо органа прокуратуры, поддерживающее от имени государства обвинение в суде по уголовному делу. Часть 2 ст. 246 УПК РФ устанавливает обязательность его участия по делам публичного и частно-публичного обвинения, а также при разбирательстве уголовного дела частного обвинения, если уголовное дело было возбуждено следователем либо дознавателем с согласия прокурора. В ч. 5 ст. 246 УПК РФ подробно раскрывается содержание его полномочий: государственный обвинитель представляет доказательства и участвует в их исследовании, излагает суду свое мнение по существу обвинения, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, высказывает суду предложения о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания. Эти нормы подчеркивают публично-правовой характер деятельности государственного обвинителя, который сочетает функцию уголовного преследования с надзорной функцией и защитой публичных интересов.

Федеральный закон от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (ст. 35) дополняет, что прокурор, осуществляя уголовное преследование в суде, обеспечивает законность и обоснованность обвинения. Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 05.03.2004 № 1 (в ред. от 17.12.2024) в п. 29 разъясняет: «В соответствии с частями 7 и 8 статьи 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение им обвинения в сторону смягчения предопределяют принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечиваются обвинителем». Таким образом, полномочия государственного обвинителя носят императивно-диспозитивный характер: с одной стороны, он обязан активно поддерживать обвинение, с другой — вправе корректировать свою позицию в зависимости от результатов судебного следствия. Т.В.

Якушева подчеркивает: «Считаем обоснованным мнение о том, что наряду с функцией уголовного преследования государственный обвинитель в судебном разбирательстве выполняет также и правозащитную функцию. Одним из правомочий государственного обвинителя, которым он наделен ввиду выполнения правозащитной функции, является отказ от обвинения, который имеет место в случае, если в ходе судебного разбирательства он придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение» [11, с. 124].

При этом в условиях состязательности (ст. 15 УПК РФ) возникает проблема баланса публичности и равенства сторон. Государственный обвинитель, обладая преимуществом на досудебной стадии, в суде должен действовать в рамках строгой состязательности, что иногда приводит к сложностям в реализации его полномочий. Одной из наиболее острых проблем остается институт отказа государственного обвинителя от обвинения. Часть 7 ст. 246 УПК РФ императивно закрепляет: «Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. Полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса». М.В. Лапатников в своей научной статье анализирует этот институт и отмечает: «Принятый в далеком 2001 году новый на тот момент Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации содержал ряд новелл... одной из таких новелл стало введение нового порядка отказа прокурора как государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, предусмотревшее императивную обязанность суда прекращать производства по делу» [9, с. 149]. Автор подчеркивает условность такого отказа: «в настоящее время отсутствуют основания полагать, что отказ прокурора от обвинения в суде сам по себе будет определять окончание уголовно-правовых претензий со стороны государства» [9, с. 151].

Судебная практика 2024–2025 годов подтверждает наличие проблем. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 22.10.2024 № 33-УДП24-18 отменило постановление суда, поскольку «суд завершил судебное следствие, не исследовав все доказательства по уголовному делу должным образом, удовлетворил заявленное ходатайство государственного обвинителя о переквалификации... не мотивировал свое решение» [4]. З.Т. Мирзоев и Л.А. Карданова указывают, что отказ прокурора от обвинения должен быть мотивирован со ссылкой на предусмотренные законом основания, а суд обязан исследовать все материалы дела и заслушать мнения сторон [10, с. 226–227]. Переход от отказа к изменению обвинения в сторону смягчения также вызывает сложности. Государственный обвини- тель вправе до удаления суда в совещательную комнату изменить обвинение в сторону смягчения путем исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание, путем исключения из обвинения ссылки на какую-либо норму Уголовного кодекса Российской Федерации либо путем переквалификации деяния в соответствии с нормой этого Кодекса, предусматривающей более мягкое наказание [ч. 8 ст. 246]. А.Ю. Белоусова подчеркивает проблему отсутствия права на ужесточение обвинения: «В связи с этим прокурору должны принадлежать все полномочия по выдвижению обвинения и поддержанию его в суде, в том числе по определению квалификации преступления и объема обвинения» [5, с. 195]. Ограничение только смягчением приводит к оправдательным приговорам или самостоятельной переквалификации судом, что, по мнению автора, нарушает публичный интерес [5, с. 195].

А.С. Карпов в своей статье обращает внимание на процессуальные проблемы изменения обвинения государственным обвинителем и отмечает, что решение суда по вопросу об объеме обвинения при его изменении в сторону смягчения предопределено позицией государственного обвинителя при условии ее мотивированности и обоснованности [8, с. 404]. Практика показывает, что суды иногда допускают нарушения: непринятие решения по факту изменения обвинения, невыяснение позиции подсудимого о предоставлении времени для подготовки к защите, принятие немотивированного изменения [8, с. 404–405]. Эти проблемы плавно переходят к участию государственного обвинителя в особом порядке судебного разбирательства (ст. 314–317 УПК РФ).

Здесь полномочия обвинителя ограничены необходимостью согласия на рассмотрение дела без проведения судебного следствия. Практика 2025–2026 годов демонстрирует частые отказы прокурора от такого согласия, что приводит к затягиванию процесса и нарушению разумных сроков. В.Ю. Голубовский подчеркивает, что применение особого порядка невозможно, если имеются возражения со стороны государственного обвинителя, и предлагает усилить мотивировку таких возражений [6, с. 8].

Еще одним важным аспектом полномочий является участие государственного обвинителя в предъявлении и поддержании гражданского иска в уголовном деле (ст. 44, 246 УПК РФ). Государственный обвинитель вправе предъявлять гражданский иск в защиту публичных интересов, однако практика выявляет неединообразие подходов: суды иногда отказывают в удовлетворении иска при отказе от уголовного обвинения, хотя ч. 10 ст. 246 УПК РФ прямо допускает последующее рассмотрение в гражданском порядке. Взаимодействие государственного обвинителя с судом и иными участниками процесса также порождает сложности. При оценке доказательств, заявлении ходатайств и выступлении в прениях суд не связан предложениями обвинителя о наказании (ч. 5 ст. 246 УПК РФ), что иногда приводит к конфликту позиций. А.С. Есина отмечает необходимость расширения полномочий государственного обвинителя для подготовки к судебному заседанию, включая встречи со свидетелями и потерпевшим [7, с. 66]. Все эти аспекты реализации полномочий государственного обвинителя в судебном разбирательстве свидетельствуют о сохраняющемся напряжении между публичным интересом, состязательностью сторон и гарантиями прав участников процесса.

В заключение следует отметить, что полномочия государственного обвинителя в судебном разбирательстве остаются ключевым элементом принципа публичности уголовного процесса.

Анализ правоприменительной практики 2024– 2025 годов показывает, что проблемы отказа от обвинения, ограниченного изменения обвинения, участия в особом порядке и поддержания гражданского иска требуют дальнейшего внимания законодателя и правоприменителей для обеспечения баланса публичных и частных интересов, повышения эффективности правосудия и укрепления гарантий прав всех участников уголовного судопроизводства.

Список литературы

1. «Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 09.04.2026). // СПС КонсультантПлюс. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34481/ (дата обращения: 19.04.2026).
2. Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 N 2202-1 (последняя редакция) // СПС КонсультантПлюс. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_262/ (дата обращения: 19.04.2026).
3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 N 1 (ред. от 17.12.2024) «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС Консультант- Плюс. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_47059/ (дата обращения: 19.04.2026).
4. Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 октября 2024 г. №33-УДП24-18 // СПС КонсультантПлюс. URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/ online.cgi?req=doc&base=ARB&n=839221 (дата обращения: 19.04.2026).
5. Белоусова А.Ю. Роль государственного обвинителя при изменении обвинения на более тяжкое в суде // Актуальные проблемы российского права. 2025. № 4. С. 193–197.
6. Голубовский В.Ю. Порядок назначения государственного обвинителя и его подготовка к су- дебному разбирательству // Вестник магистратуры. 2025. № 3. С. 5–10.
7. Есина А.С., Жамкова О.Е. Полномочия государственного обвинителя нуждаются в расширении // Вестник Московского университета МВД России. 2016. №4. С. 64–66.
8. Карпов А.С. О процессуальных проблемах изменения обвинения государственным обвинителем // Право и государство: теория и практика. 2024. №4 (232). С. 404–406.
9. Лапатников М.В. К вопросу о современном состоянии института отказа государственного обвинителя от обвинения в суде // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. 2025. № 2. С. 148–156.
10. Мирзоев З.Т., Карданова Л.А. Отказ государственного обвинителя от поддержания обвинения: полномочия суда, вышестоящего прокурора и потерпевшего // Право и государство: теория и практика. 2024. № 1 (229). С. 226–228.
11. Якушева Т.В. Полномочия государственного обвинителя в судебном следствии // Известия Алтайского государственного университета. 2018. № 3. С. 121–124.

Скачать